Юмор
В мире ученыхРуководитель отдела научной организации труда научно-исследовательского института дает отповедь младшему научному сотруднику, предложившему подвергнуть углубленной статистической обработке полученные результаты хронометража: "Мы не статисты, мы сидим на ноте, и с нас сигмы хватит!"
Зам. Директора НИИ по науке адресованные коллегам послания подписывает: С приветом ________ Н.Е. Б-в
Заведующая отделением института, доктор медицинских наук, из комсомолок 20-х г.г. на обходе обращается к пациенту: «Иванов! Ну что ты от меня морду воротишь? Так некультурно!» Она же, обращаясь к коллеге: «Петров! Мне надо поговорить с тобой тет-на –тет!» Она же с трибуны Ученого совета: «Я сейчас буду выступать с экспромта!»
Коллега, руководитель одного из подразделений института привел ко мне на консультацию по проблемам организации науки приятеля из другого института. Выйдя из кабинета и не захлопнув до конца дверь говорит ему: «Вот видишь, я тебе говорил, что он хороший человек, хотя и еврей…»
Пятидесятые годы прошлого века. На общеинститутском собрании докладчик назвал бардаком состояние дел в одном из подразделений. С места поднялся пожилой сотрудник и задал докладчику вопрос: «Молодой человек! А вы когда-нибудь бывали в бардаке? А я вот бывал. И должен Вам сказать, что в бардаках всегда поддерживался образцовые порядок!»
Коллега, работавший одно время главным судебно-медицинским экспертом в одной из республик Советского Союза, рассказал забавный эпизод. Ему довелось вскрывать труп одного из министров, скоропостижно скончавшегося в своем рабочем кабинете в момент интимных отношений с секретаршей. В некрологе, размещенном в вышедшей на следующий день республиканской газете, было напечатано: "Скончался при исполнении служебных обязанностей".
Эта история произошла примерно четверть века назад. В аспирантуру при одном из научно-исследовательских медицинских институтов поступал врач по фамилии Хайкин. Ко времени поступления он уже был автором полутора десятков научных публикаций. На экзамене по спецпредмету он получил тройку и в аспирантуру принят не был. На мой вопрос об обстоятельствах случившегося, доктор Хайкин рассказал, что он ответил на все вопросы экзаменационного билета, а также на все дополнительные вопросы экзаменатора кроме одного: сколько живых бактерий находится в одной дозе вакцины БЦЖ. К профилю научной специальности, на которую поступал претендент, этот вопрос безусловно не имел прямого отношения. Я сказал Хайкину: Ты же знал, что председатель приемной комиссии ярый антисемит. Была бы у тебя еще другая фамилия, например, поменяв "й" на "в" ты бы стал однофамильцем великого русского ученого - микробиолога Хавкина (так обозначают его всех монографиях, хотя и он тоже был евреем). На это мне доктор Хайкин ответил: Владимир Семенович! Уж если я буду менять свою фамилию на русский лад, то я поменяю букву "а" на букву "у"! А в аспирантуру была зачислена особа женского пола, оказавшаяся больной шизофренией. Через несколько месяцев ее пришлось отчислить и место оказалось незаполненным...
|